● Вкратце о главном

Владислав Кузнецов – типичный представитель старой гвардии выходцев из школы советского культуризма. Его карьера началась в конце 80-х, в сложной экономической обстановки в стране, а затем переместилась в США, куда он в составе сборной СССР отправился для участия в матчевом турнире против американских культуристов. В той поездке в Америку принимал участие и знаменитый Николай Ясиновский. Они оба заболели этой страной и уехали туда на постоянное проживание. Но спустя годы Владислав предпочел вернуться на родину и продолжил свой связанный со спортом путь уже здесь, в России. Он расскажет в этом интервью, что же представлял собой бодибилдинг в СССР и США в те годы, каковы были различия в вопросах тренинга и питания в то непростое время

● Полная статья

Дмитрий Яковина: Владислав, на закате существования СССР отечественный бодибилдинг начал довольно-таки широко появляться на поверхности, проводились многочисленные соревнования, спортсмены имели возможность обмениваться опытом. Можно ли сказать, что на тот момент была некая школа советского бодибилдинга или тренировочный процесс и процесс подготовки к соревнованиям существенно отличались в зависимости от клуба, региона и т.д.?

Владислав Кузнецов: Да, в конце 80-х годов прошлого столетия быть качком означало быть настоящим мужчиной, со всеми вытекающими из этого определения последствиями. А быть выступающим культуристом – это означало быть причисленным к особой элите качков. Бодибилдинг начинал уверенно выползать из вонючих подвалов, и силами самих спортсменов обустраивались новые качалки, проводились робкие местечковые соревнования. Обычно это происходило спонтанно. Помню, занимался тогда в помещении старой церкви, что на Таганке, был это 1987 год. Управляющий спортзалом, если его можно было так назвать, тогда вдруг объявил, что в субботу устраиваем соревнование, и кто хочет, будет участвовать в абсолютной категории. Было торжественно, интересно и жутко неорганизованно. Несколько ребят из нашего клуба, включая меня, намазавшись непонятно чем, выглядели, как чумазые кочегары, выходили позировать в помещение, предназначенное для баскетбола, при освещении нескольких ламп, хмуро светящих с высокого потолка. Мы просто пыжились перед немногочисленной публикой, выкручивая позы, кто какие мог придумать. Судей было человека три, не пойми кто. Награждали тоже непонятно по каким критериям, но для нас это было огромной честью, ведь мы выступали уже как спортсмены. Потом меня все чаще приглашали выступать, как гостевого позера, то на какую-нибудь дискотеку, то на концерт – перед выступлением какого-нибудь артиста. Помню, выступал вместе с покойным ныне Евдокимовым. Тогда у меня даже плавок не было для позирования, потому что их негде было купить, выступал в узких труселях. Тогда, конечно, никто на это не обращал внимания, принимали меня очень хорошо всегда. Это я рассказал к тому, что подготовительной базы или школы никакой в то время не было. Не было ее как в системе тренировок, так и в подготовках к соревнованиям. Когда немного погодя меня пригласили заниматься в элитный на тот период времени клуб «Москвич», я пришел туда уже со своей системой тренировок. Тогдашний президент московской федерации и нашего клуба Владимир Моисеевич Шубов сразу мне объявил, чтобы я готовился на чемпионат СССР в Ленинград, который будет через два месяца. В клубе «Москвич» помимо меня тренировались Н. Ясиновский, И. Петухов, А. Черкасов, Г. Масалев – в то время все именитые чемпионы Москвы. Каждый из этих спортсменов тренировался по своей собственной методике и принимал лично разработанный курс «химии». Делиться информацией – делились, но поскольку мы все были потенциальными соперниками на соревнованиях, обычно никто никому ничего толкового не рассказывал. Все мы тогда с надеждой заглядывали на штангистов и при любой возможности старались выпытать у них секреты набора массы. Какие же мы были тогда глупые и сырые! Именно советы штангистов и попытки перенять их систему тренировок были для меня ошибочными и развили мою силу до максимума, но и приостановили рост мышечной массы. Сила росла, я был невероятно жилистым, а масса не шла, и никакой ретаболил, ни метан не меняли картину. О, если бы тогда я знал то, что знаю сейчас! Позднее, лет через пять спустя, когда я уже жил в США, один из американских черных бодибилдеров, раза в два больше меня в объемах и прекрасного телосложения, спросил меня во время тренировки, зачем я поднимаю такие огромные веса. Я ответил, что только так могу «налить» свои мышцы. Он улыбнулся в недоумении и пошел выполнять приседания, раскачивая своими громадными квадрицепсами. Я с раздражением увидел, что приседал он с весом в два раза меньше, чем я. Во времена СССР каждый наш спортсмен индивидуально черпал информацию, где только мог. Мне тогда довелось познакомиться с американкой, и она прислала мне заветную «Энциклопедию бодибилдинга» Арнольда Шварценеггера. Я с благоговением перелистывал страницы «секретной» книги и следовал учениям Арнольда беспрекословно. И по сей день регулярно выполняю некоторые упражнения, которые почерпнул из «Энциклопедии». Да, уровень спортсменов в те времена отличался. Потому что, к примеру, у кого в клубе тренировался природный богатырь, знаешь, есть такие генетически одаренные ребята, как белорус Николай Гришанов, стоило ему пару раз штангу поднять – и руки распухали, как у монстра, соответственно, для всех окружающих он становился гуру, и все следовали его советам, а также системе тренировок. Прибалты всегда лидировали, и на них смотрели, как на эталон для подражания, потому что были ближе к Западу и имели больше информации о тренировках, к тому же имели возможность доставать американские печатные издания о бодибилдинге. В Питере находился президент федерации В. И. Дубинин, который был весьма успешным бизнесменом и старался помогать местным бодибилдерам чем мог, и они нередко лидировали в турнирных таблицах. Так что раньше системы не было, были условия. Чем они лучше для спортсмена, тем он успешнее выступал на турнирах и прогрессировал.

Дмитрий Яковина: Расскажите о том, как Вы впервые увидели, что представляет собой тренинг по-американски. Была ли это повсеместная схема или также со своими особенностями?

Владислав Кузнецов: Сначала я обязательно бы хотел отметить, что первым американским бодибилдером, которого я увидел в жизни, был профессионал Шон Рэй. Впечатление он произвел не только на меня, но и на всех моих сокомандников потрясающее. Он сошел с подножки поезда в обтягивающих штанах, тогда они были жутко модными. Его мышцы ног не поддавались описанию. Они казались огромными. Я был одним из встречавших его на Ленинградском вокзале в Москве. Он тогда приехал в числе американских бодибилдеров для участия в матче №2 «CCCР против США». Видеть тогда, в 1989 году, американского знаменитого профессионального атлета было в высшей степени почетно, а участвовать с ним в одном шоу – предел мечтаний. Американская команда бодибилдеров пробыла в Москве дня три, и у ее членов не было шанса потренироваться с нами из-за плотного графика. Помимо выступлений им еще надо было посетить главные достопримечательности Москвы, поэтому тогда никаких тренировочных секретов мне не удалось разузнать. Американцев тогда волновали не тренировки, а достопримечательности Москвы и тягались друг с другом на спор, кто выпьет больше русской водки или познакомится с русскими девушками. Это когда двумя годами позже я переехал жить во Флориду, только тогда смог с головой окунуться в анализ американского бодибилдинга. А сделать мне это удалось прямо-таки лучше и не придумаешь как. В 1991 году состоялась моя вторая поездка в США, по личному приглашению мистера Америки 1975 года Рика Поустена. У него был прекрасный дом с бассейном, и он великодушно предложил мне пожить у него, пока я готовился на чемпионат Европы в Италии. Сам он был в великолепной форме и также принял участие во второй эпичной битве бодибилдеров «СССР против США». Я помню, что, когда впервые пришел к нему в клуб, а Рик тогда владел Gold’s Gym of Tampa, меня обуревали восторженные чувства. Да, конечно, это не было Меккой американских профессионалов, как на Venice Beach в Калифорнии, но само осознание американского клуба будоражило меня до глубины души. Меня интересовало все: тренажеры, каждая штанга и разбросанные по залу блины с указанными на них весами в фунтах. Я с огромным интересом рассматривал тренирующихся вокруг меня американцев, которые смотрели на меня, как на новые ворота. Мне сразу хотелось показать, на что я горазд, и именно по этой причине старался поднять побольше на бицепс и выжать побольше ногами. Все смотрели на меня с огромным интересом. Я плотно перематывал свои больные колени изрядно изношенными бинтами и, стиснув зубы, смиренно шагал приседать с огромными для меня весами. «Что они могли посоветовать мне, абсолютному чемпиону Кубка Москвы?» – думал я. Но все поменялось именно тогда, когда волей случая мне вдруг показали иную систему тренировок. И вот именно тогда для меня настал переломный момент. Надо сказать, что мои ноги до приезда в США не отличались большими объемами. И несмотря на неимоверный труд, который я прикладывал для увеличения их объема, и на травмы колен в результате этого, ноги не росли. Ко мне подошел Рик Поустен и с удивлением спросил, зачем я приседаю с такими большими весами. Я рассказал ему, что так меня научили наши русские штангисты и что у нас такой базовый принцип для наращивания массы ног. Тогда Рик посоветовал мне перестать насиловать себя и перейти на средние веса и большее количество повторений. Что я и сделал. После этого прошло еще немного времени, и когда я окончательно переехал в США, тренировался уже, конечно же, совершенно по-иному. Систему 6–8 повторений вычеркнул полностью и тренировался, как самые объемные американские атлеты в моем зале. А они тренировались суперсетами и с большим количеством повторений. Назвать их тренировки «с легкими весами» ни у кого бы не повернулся язык. КПД от таких тренировок был на 20–30% выше, чем от силовых, которые практиковал я. Приведу пример. Я выполнял подход на голень в моем любимом тренажере, где упор тяжести ложится тебе на поясницу, набросив вес порядка 80 кг, делая по 6–8 повторений. Ко мне подошел черный американский атлет с огромными объемами ног, ненамного отстающими от ног Шона Рэя, и спросил, что я делаю. Я раздраженно ответил, что качаю голень. Он посмотрел на мои «спички» и на свои огромные икроножные и, с недоумением оттолкнув меня в сторону, занял мое место. Американец попытался выполнить несколько повторений с весом, который делал я. Ему удалось сделать всего пару повторений, и с искаженным выражением лица он выругался: «Damn Vlad what the fuck are you doing?», что в переводе означает приблизительно следующее: «Влад, какого хрена ты делаешь?!». После чего он снял половину моего веса и выполнил порядка 20 повторений! «Вот от чего растут мышцы!» – скривившись от боли в икроножных, произнес он, протянув мне пятерню для дружеского пожатия. С тех пор я наблюдал за многими американскими атлетами и не помню ни одного тренирующегося по системе 6–8 повторений. Мышцы растут тогда, когда они многократно сокращаются – и только! Доказательства американского превосходства в бодибилдинге всегда были налицо. Для меня их знания открылись на практике, и меня коробит, когда, вернувшись в Россию, я по-прежнему встречаю качков, пытающихся тренироваться по системе штангистов 80-х годов. Ребята, раскройте глаза, современный бодибилдинг – это грамотная система тренировок в совокупности с питанием и в отдельных случаях с фармакологией, но никак не базовая тройка, состоящая из тяги, приседа и жима лежа. Как сказал легенда американского бодибилдинга Ларри Скотт: «Тренируйся для тела, а сила придет сама!».

Дмитрий Яковина: Как к вопросам питания относились у нас и как в США? Какие схемы практиковались, основные и наиболее популярные продукты (белковые и углеводные)?

Владислав Кузнецов: В конце 1980-х годов к вопросам питания в СССР относились очень серьезно! Просто его не было, и поэтому приходилось постоянно, в прямом смысле, его добывать. Я не говорю о спортивном питании, оно вообще было за пределами фантазии. Нам едва удавалось найти качественное мясо или гречку, не говоря уже о куриных грудках. Помню, как каждое воскресенье приезжал в магазин к моему сокоманднику по клубу «Москвич» Виктору Харькову. Он в то время работал в продуктовом магазине на Октябрьском поле мясником и практически в одиночку cкупал все качественное мясо, что было у него от привоза. Жаль было смотреть на очередь людей, которая растягивалась от входа до прилавков Виктора. Ведь они тоже стояли за качественным мясом. Также по блату приходилось выезжать в магазин какого-нибудь знакомого и закупать сразу по две коробки бананов, если такие вдруг ему завозили. И все в обход очереди, потому что не досталось бы. Люди в очереди негодовали. А что же нам, спортсменам, было делать? Старались питаться как можно лучше из скромного выбора дефицитов. У меня дома стояли два 20-килограммовых мешка с гречкой и рисом. Гречка была безобразного качества. Каждый раз перед отвариванием приходилось прочищать ее вручную от мышиного дерма и мелких камней. С улыбкой вспоминаю рацион питания лидирующего на то время московского атлета Николая Ясиновского. Тогда по роду занятости мы частенько проводили время вместе, и, соответственно, нам приходилось питаться тоже вместе. Николай отваривал себе кастрюлю гречки и давился ею, пока не съедал все приготовленное. Я так не мог. Для меня самое страшное, что было в соревновательном бодибилдинге, – это есть. Шесть приемов пищи в день – для меня это было мучением. Так что рацион тогдашнего качка в СССР состоял из гречки, хека, засушенной курицы, мяса и риса. Помню, кто-то достал кормовой протеин, которым питали свиней на фермах, и мы его также жевали, надеясь на прибавление в весе. Гадость была нереальная, но надеялись на чудеса природы. Однажды президент московской федерации Владимир Копысов каким-то чудом «выбил» нам из Госкомспорта пару банок немецкого протеина MULTYCRAFT. Он был двух вкусов: банановый и клубничный, и это было просто фантастическое лакомство. Мы экономили его как дефицит и лишь баловали себя изредка, по праздникам. Немудрено, почему западные спортсмены прогрессировали в то время на несколько голов быстрее нас. Питание – это та самая разница, которая делала наши советские тела отстающими в развитии от американских. Там спортсмены качались на прекрасном оборудовании и ели с аппетитом множество разнообразной пищи, плюс в их распоряжении были прекрасные спортивные добавки, пальчики оближешь. Мы же впихивали в себя безвкусную гречку или мороженное годами мясо и экспериментировали со стероидами. Помню, перед соревнованиями в США одна из моих знакомых спортсменок-американок достала из пластмассового контейнера красивое печенье и стала спокойно его уплетать. Когда я изумленно спросил, что она делает, она ответила: «This is ZERO CARBS», то есть 0 % углеводов! Что тут можно еще говорить? В Америке, как и на всем Западе, существовали специальные продукты для подводки к соревнованиям. Можно было без особого труда сидеть на безуглеводке и не испытывать мучений. У нас же этот процесс был равносилен истощению организма. Перед соревнованиями было элементарное урезание углеводов до 25 %, а то и 5 % углеводов при питании одними вареными белками. Также брали рыбу хек, варили ее, а затем клали в марлю и выжимали насухо. Получалась волокнистая сухая масса – это был ресурс белка. Затем переходили на дистиллят, который покупали в автомобильных магазинах. За три дня до соревнований обычно происходило полное исключение воды. Все, что можно было принимать в качестве жидкости, – это лимоны. От них ломило зубы, от обезвоживания сносило крышу, но ради успешного выступления многие готовы были терпеть. До кондиции доводились в сухих парилках. Много сумасшедших идей тогда приходило в голову, так и соревновались. Понятное дело, что американцы в то время никогда не урезали воду и парилками не пользовались – это уж точно. В общем, никакой системы не было. Диетились методом тыка. Белком были вареные яйца. Углеводами был рис. Не хватало знаний и практики

24.07.2015
К другим статьям